того было невыносимо трудно держать лицо, непринужденно улыбаться и принимать от мужа знаки внимания — все эти прикосновения и поцелуи в щеку или лоб. А Лайнел этим пользовался, с каждым разом становясь все наглее. Падлючий котяра.
Но вернуться пришлось. Времени вынашивать в себе обиду не было. Лучше потом чем-нибудь этаким отплатить.
Лайнел сгрузил ее на Хью. Наказал ему объяснить самое основное, чтобы самому потом было легче рассказывать о нюансах.
Хелен погрязла в бумагах. Она думал, что Ханты бегают на охоту и дерут с людей деньги за проход через их территорию, но все оказалось куда сложнее. Торговля и альянсы с другими стаями, защита от вражеских кланов, развитие собственной стаи…
— Да ну на! — выкрикнула Хелен и подскочила на ноги, торопливо читая очередной лист бумаги. — Серьезно?! Ты разрешаешь молодняку обучаться в человеческих институтах?
Лайнел поморщился, но кивнул.
— Я тоже хочу! — воодушевилась Хелен, но тут же скисла, видя недовольство на смуглом лице альфы.
— Нет, я не отпущу свою жену к людям, — с нажимом сказал Лайнел.
— Да чтоб у тебя хвост отвалился! — с досадой взвыла Хелен и рухнула обратно на стул.
Они засиделись до позднего вечера. Глаза уже щипало от напряжения, а голова гудела от тонны информации.
— Покорми меня, — лев схватился за шиворот, не давая Хелен улизнуть от него на второй этаж.
— Эй! На плите стоит суп! И я вообще-то тоже устала, — недовольно заворчала Хелен, пытаясь отцепить сильную руку, которая, казалось, приросла к ее вороту.
Лайнел ещё сильнее потянул на себя, заставляя львицу уткнуться спиной ему в грудь. А сам наклонился к самому уху, касаясь губами края раковинки.
— Обязанности с тебя никто не снимал, — полушепотом говорил альфа. — И перестань издеваться над едой, не провоцируй меня.
— Не понимаю, о чем ты, — огрызнулась она и дернулась, но стукнуть мужчину своей головой у нее не вышло. А жаль. Отпустили ее с неохотой.
Вечер прошёл без приключений. Но Хелен рано обрадовалась, подумав, что муж был доволен отведать супа с куриной жопкой.
Беспощадная месть альфы настигла ее на следующий же день. Хелен подметала в кухне, когда услышала плавную поступь и цокот когтей. Она медленно развернулась, встречаясь с довольной мордой огромного золотистого льва. Тот морщился, тяжело дыша после вечерней пробежки, и переступил на месте огроменными лапами.
Взгляд поплыл по мощному телу вниз, оправдывая худшие опасения Хелен. Весь альфа был в грязи по самый край светлой гривы. В мокрой, скользкой глине.
— Не смей… — зашипела Хелен.
Лев только фыркнул, зевнул во всю пасть для вида и тут же сорвался с места. Он сделал кружок по кухне, сшибая своим задом один из стульев и легко уворачиваясь от ручки метлы. Пластичное тело юркнуло в гостиную под вопли Хелен, затем он вскочил на диван, где был расстелен мягкий кремовый плед и помял его лапами. А затем взлетел по лестнице на второй этаж аж до самой спальни.
Хелен сломала пополам метлу в руках. Это война.
Казалось бы, полное ребячество и глупость, но просто так Хелен оставить это не могла. У нее и без того дёргался глаз, когда она старалась походить на влюблённую идиотку рядом со своим мужем в присутствии других оборотней, а маленькие пакости дома по типу бульона на куриной жопке были ее отдушиной. Поэтому брошенный вызов альфы она приняла с большим удовольствием. Ещё посмотрим, кто попросит пощады первым.
Торчать целыми днями около мужа было довольно полезно. Например, Хелен знала, когда у него намечен выезд в город людей на очередные переговоры. Лайнел собирался выбить отсрочку от проверяющего отряда, ссылаясь на то, что лягушек нашли не конкретно в стае. Ханты имели право на своё собственное расследование.
Хелен не особо верила в успех этой затеи. А ещё не смогла удержать себя от ответной пакости. Ну а что? Она в тот раз полночи дом драила!
Пока Лайнел был в душе, львица прокралась к нему в комнату. Сгребла все вещи из шкафа и отправила в стирку. Как хорошая, прилежная жена. А единственный чёрный комплект одежды она разложила на кровати.
Обернулась, мягко приземляясь на четыре лапы. Легко запрыгнула на кровать и от души повалялась, чеша свою спинку. Мелкие жесткие волоски посыпались во все стороны, намертво проникая в ткань костюма альфы.
С чувством выполненного долга она спустилась на первый этаж и юркнула за дверь, прислушиваясь чутким ухом.
Как только раздался рев разъяренного льва, Хелен припустила к общему дому. Попадаться под горячую лапу она не планировала.
Не то, чтобы Хелен не ожидала ответной реакции. Но, когда в тот вечер она полностью намылилась в душе от макушки до пят и крутанула вентили, его визг определенно слышала вся община. Ледяная вода не собиралась нагреваться. Львице пришлось сцепить зубы и кое-как смыть с себя пену.
Она вышла из душа стуча зубами и наткнулась на ехидную улыбочку мужа, который при ней же вернул вентиль горячего крана в нужное положение.
Мелочный говнюк!
Он пробудил в львице настоящего зверя. Зря, о как зря Лайнел не запирал свой гараж. Конечно, кто подумает сунуться к игрушкам вожака? Только сумасшедший. Или сумасшедшая. В общем — Хелен.
Она убедилась, что альфа вновь уехал в человеческий город. Повещло, что на одном из своих внедорожников. А вот голубая ласточка осталась грустить дома. Хелен даже сначала пожалела машину, но потом решила, что котяра может ее и перекрасить, не развалится.
Хелен нашла строительный фен, выдающий более мощные температуры и захватила с кухни заранее подготовленные кружочки болонской колбасы. Выложила их на капот, красиво так, симметричненьтко, а после нагрела феном. Сложнее всего их было потом отскрести от металла. Но результат львице понравился — машина стала похожа на голубую божью коровку с ровными выцветшими кругами.
Когда вернулся Лайнел, Хелен держала наготове скалку, ну мало ли придётся обороняться. Но лев лишь смерил ее тяжелым взглядом и молча прошёл мимо.
Надеяться на прекращение боевых действий было глупо.
Глава 21 Лайнел
Настроение было отличным. Лайнел даже тихо насвистывал себе под нос мелодию какой-то жутко прилипчивой песни, но сегодня это его нисколько не смущало.
Поводов вновь чувствовать себя королем мира у него было несколько. Самым главным, конечно, был тот факт, что отсрочку у людей ему все же удалось выбить, и теперь у стаи было две недели в запасе, чтобы выяснить что-то самим и противостоять возможно ложным обвинениям. А с людей станется. Они не погнушались бы подправить отчеты, чтобы надавить
